библиотека для детей Ларец сказок

Янко Гондашик

Где было, там оно и было. В семьдесят седьмом государстве, в англицкой земле выросло стальное дерево. Вершина его упиралась прямо в небо. Хотелось узнать королю, какие плоды растут на том дереве. Единственную дочь и половину царства обещал он тому, кто узнает, что растёт на дереве, какие такие плоды? Под барабанный бой по всей армии велел объявить он об этом. Однако среди солдат не нашлось ни одного желающего, один только парень отважился — свинопас Янко Гондашик. Привели его к королю.
«Наияснейший король! Я согласен, я взберусь на это дерево, но пусть мне дадут то, что я потребую: двухпудовые баганцы .

Тотчас король приказал именно такие сапоги справить и свинопаса в них обуть. Взял с собой Янко два топорика и вогнал их в ствол; пока один из ствола вынимал, за другой держался, — так он и поднимался вверх по этому дереву целых три месяца и ещё три дня, но не встретил ни одной ветки. И всё же спускаться вниз было труднее, чем карабкаться вверх. Поэтому Янко взбирался ещё девять дней. И заметил он яблочко — маленькое, размером с кулачок. Тут уж Янко поторопился.

Оказалось, что это замок. Золотая галерея опоясывала его. Как только Янко добрался до замка, исхитрился он и запрыгнул на галерею. Тотчас напротив возникла золотая девица:

«Гоп, Янко, ты мой, а я твоя!»

Три дня он там развлекался, а на четвёртый день сказал:

«Послушай, принцесса, не могу я тут жить, я должен найти вершину этого дерева».

«Послушай, Янко, тут тебе хорошо, не ходи дальше; чего ни пожелает душа твоя, всё тут найдёшь».

«Мне этого мало, я должен найти таинственную вершину этого дерева».

«Нет-нет, не ходи, прошу тебя! Ты и так хорошо послужил, на такую высоту забрался, куда даже птицы не залетали».

Не смогла она помешать ему продолжить путь. Дала в дорогу двухпудовые сапоги, а в суму положила на три месяца хлеба, сала, мяса и воды во фляжке. Со слезами его провожала. Снова карабкался Янко по тому дереву; один топорик в ствол вонзал, за другой держался. Так шёл он три месяца и девять дней, покуда стальные сапоги совсем не износились. И всё же он так и не увидел на этом дереве ни одной ветки.

Шёл он и шёл, босиком вверх карабкался. Прошёл он ещё девять дней, девять ночей и девять часов, и тут увидел на стволе что-то похожее на небольшой грецкий орех, и поспешил к нему. Оказалось, что это не грецкий орех, а золотом покрытый замок, и золотая галерея тот замок опоясывала. Как только Янко к замку приблизился, ухватился он за золотую жердь и запрыгнул на галерею. Тотчас возникла перед ним золотая девица и за шею его обняла:

«Гоп, Янко, ты мой, а я твоя!»

Три дня он там развлекался, на четвёртый день сказал:

«Послушай, принцесса, не могу я тут жить, должен я найти вершину этого дерева».

«Послушай, Янко, это невозможно, ты многое преодолел, однако выше уже не поднимешься, надорвёшься. Но раз уж так, я соберу тебя в дорогу как полагается».

Она дала ему стальные сапоги, он обулся. Дала ему и еды на три месяца. Вот и шёл он три месяца и ещё девять дней, а вершины того дерева так и не увидел, а сапоги к тому времени совсем износились. Когда они вниз упали, на две мили в землю провалились.

Шёл он дальше к вершине, спешил, карабкался. Мучил его голод, поскольку закончились и хлеб, и сало, и мясо, и вода. Свирепый голод подгонял его словно белку. Вдруг заметил он замок. Похожий на пузырь. Подошёл к нему. Два предыдущих зам ка были красивыми, но этот — в сто раз краше. Ухватился он за конец золотой доски и запрыгнул на галерею. Тут возникла перед ним золотая девица:

«Хоп, Янко, ты мой, а я твоя до самой смерти!»

Стали они жить в этом замке. Ни в чём у них не было недостатка, ни в еде, ни в питье. Развлекались они с женой, и вскоре она понесла и родила красивого мальчугана. Каждое воскресенье она ходила в костёл, но Янко не знал о том, куда она ходит. Он думал, что она ходит в сад, а она каждый раз шла в костёл. Задумался Янко: «Почему моя жена не пускает меня в чулан, нет ли там какой-нибудь тайны?»

Стал он ключ искать под порогом.. Нашёл ключ, который к замку подошёл. Вошёл в чулан и увидел бочку, окованную девятью обручами Постучал он по той бочке и решил было, что там вино, как вдруг донёсся голос:

«Эй, Янко, умоляю тебя, дай хотя бы жайдель воды, изнемогаю от жажды!»

«Ого, что там один — хоть пять тебе дам».

Попытался он дать воды, но не смог, потому что бочка была накрепко окована. А голос из бочки продолжает:

«Лей, Янко, вниз!»

Вылил он воду, три обруча разом упали. Снова голос просит его:

«Эй, Янко, именем твоей красавицы-жены, именем малыша твоего умоляю, дай мне ещё хотя бы жайдличек!»

Вылил он воду, сразу три обруча слетели.

«Янко, здоровьем твоим, здоровьем твоей красавицы-жены и твоего малыша умоляю тебя, дай мне ещё хотя бы один жайдел!»

Вылил он воду. Разом три обруча слетели, словно в них пуля ударила. Тут из бочки выскочил чёрт:

«Хоп, Янко, была у тебя жена, а теперь нет никого!»

Когда золотая дева выходила из костёла, черт стоял перед храмом, схватил он её вместе с сыном.

Вот остался Янко в замке один. Когда жена не вернулась к сроку, не знал он что и делать, плакал, рвал на себе волосы, а потом уже и плакать не мог. В глубокой печали бродил он по двору, и попалась ему на глаза маленькая конюшня. Вошёл он внутрь, а там стоял один конь:

«Эх, Янако, что же ты наделал, потерял жену и мою хозяйку!»

«Эх, пройду я, пойду я, мой конёк, за ней, лишь бы только до неё добраться!»

«Эй, Янко, я отнесу тебя туда, где чёрт похитил твою жену, когда она выходила из костёла!»

Сел Янко на коня, а тот понёс его к костёлу. А конь вернулся, а он побрёл по свету через горы и долы, всюду спрашивая, не видал ли кто его жены.

Пришёл он к одной пожилой женщине, которая знала обо всём на свете:

«Добрый вечер, бабушка! Не довелось ли вам слышать о золотой деве с мальчиком?»

«А как же, слышала. Есть тут колодец с живой и мёртвой водой. Туда она каждую ночь и ходит. Ровно в двенадцать часов каждую ночь с мальчиком приходит она к тому колодцу за водой, и носит её чёрту. Если хочешь с ней поговорить, ступай, в двенадцать часов черти от колодца отойдут, и у тебя будет время с ней перемолвиться».

Вот пошёл Янко к тому колодцу, осмотрелся и дождался, когда черти ушли. В двенадцать часов пришла его жена с ребёнком за водой. Подошёл он к ней и расцеловал.

«Ах, Янко, лучше бы тебе на свет не родиться, чем меня с сыночком так погубить».

«Эй, жёнушка моя, ты спроси у чёрта, как можно избавиться от этой тяжёлой работы».

На том они и расстались: она пошла к князю преисподни, а он остался. На следующую ночь стала она у чёрта выведывать, кто мог бы её спасти.

«Нет на свете такого человека, который мог бы тебя вызволить! Но если ты хочешь знать, я скажу, кто мог бы тебя освободить: на красном море есть замок, а в нём живёт моя мать. У неё есть кобылица, которая каждый день жеребится. Кто заполучит от неё жеребца, тот легко тебя выручит».

После полуночи золотая дева пришла к Янко и всё ему рассказала.

Как только Янко об этом узнал, отправился он на красное море, на остров Примус . Явился он к матери чёрта:

«Добрый вечер, бабушка!»

«Эй, человече, откуда ты тут взялся? Есть у меня четыре сотни и ещё девяносто девять человеческих голов, а теперь будет пять сотен. Ну, раз уж пришёл, будешь служить мне три дня».

На следующий день как только встали, железной кочергой выгнала она из конюшни коней. Кони резвились, шли куда им вздумается. Янко ругался, что кони у него все поразбежались. Была у него пастушья свирель. Как только он на ней заиграл, кони возле него собрались. Взял он посох и всех коней в конюшню загнал. А старуха с досады схватила раскалённую кочергу и ну коней лупцевать. На следующий день выгнала она семьдесят семь зайцев, и пошёл Янко зайцев пасти. А они, едва за ворота вышли, ускакали, так что от них и духа не осталось. Янко заплакал, мол, лучше бы ему и на свет не родиться, чем терпеть такие мучения. Однако когда наступил вечер, взял он свирель, начал играть и… зайцы прискакали во двор. Тут он быстро ворота закрыл, а зайцев в хлев загнал. Старуха во двор выскочила:

«Эй, Янко, никогда у меня не было такого слуги, как ты, который так сохранял бы мои богатства. Завтра снова будешь служить мне; если и завтра всю живность сохранишь и на двор приведёшь, дам тебе, что только пожелаешь».

Утром она выгнала ему семьдесят семь косуль. Стоило им выбежать, как Янко потерял их из виду, словно их и не было вовсе. Весь день он слонялся по лесу, искал косуль, но так и не нашёл. Тут он вспомнил о своей свирели. Заиграл он на нём, косули прискакали на двор. Схватил Янко посох и поскорее закрыл ворота, а косуль в хлев загнал. И тотчас выскочила старуха:

«Эй, Янко! Закончилась твоя служба, я дам тебе, что только пожелаешь».

«Эх, бабушка, у вас на лугу пасётся кобылица, которая каждый день жеребится, дай ты мне от неё одного жеребца».

«Зачем же так? Три дня ты служил мне исправно, я хочу тебе хорошо заплатить. Можешь выбрать любого из моих коней!»

«Эх, бабуля, я не смогу ездить на коне, который умнее меня. А жеребёнок, которого я сам воспитаю, будет мне верно служить».

Она и дальше его упрашивала, чтобы он выбрал одного из её коней, а он не соглашался.

«Эй», — рассердилась она, — «из-за своего желания ты можешь головы лишиться; едва кобыла начнёт жеребиться, слетятся вороны и станут из кобылы жеребёнка выдёргивать».

«Эх, бабушка, я этого не боюсь, жеребёнка чудесного приведу невредимым».

Отправился он на луг, подошёл к кобылице, а она уже жеребится. Схватил он бурку и стал отгонять воронов. Только-только копытце на свет показалось, а вороны накинулись, хотели жеребёнку ногу оторвать, однако у Янко была хорошая дубинка, которой лупил он воронов прямо по головам, и жеребёнок благополучно родился. Янко рядом стоял, покуда он не обсох. Потом он пустил его под кобылицу, чтобы тот насосался материнского молока. Вдруг жеребёнок и говорит ему:

«Эй, Янко, не бойся, золотая дева твоей будет!»

Приехал он на жеребёнке к старухе, та будто бы на радостях схватила его, в конюшню завела и дверь заперла. Ну а потом взяла она нож, на ногах жеребёнку жилы надрезала, и тот кровью истёк, целое блюдо крови натекло. А старуха и говорит:

«Эй, слуга мой верный, не могу я тебя отпустить с пустыми руками, дам тебе по крайней мере хлеба кусок».

Взяла она блюдо с кровью, насыпала муки, напекла ему хлеба. Когда жеребёнка ему отдавала, тот едва на ногах держался. Заплакал Янко, выходит, он задаром служил. А старуха и на этот раз хотела дать ему другого коня, мол, зачем ему этот жеребёнок, сдохнет он у него или придётся ему жеребёнка на себе носить. Однако Янко его не оставил, взвалил его на спину. Догадался он и отломил ему хлеба, который старуха на крови замесила. Запихнул он ему кусочек в рот, проглотил жеребёнок вместе с хлебом и крови, разом ожил, окреп. А когда он весь хлеб доел, вернулась к нему прежняя сила, поскольку вся кровь, что вытекла, обратно в жилы вернулась.

Тут жеребёнок ему и говорит:

«Садись на меня, верный мой свинопас! Жена и сын снова твои!»

Сел на него Янко и помчались они к колодцу. Когда наступила полночь его жена к колодцу за водой с ведёрком пришла. Как только увидела мужа верхом на жеребце, ведёрко бросила. Вместе с малышом вскочили они на жеребца и унеслись под облака.

Тут Кантахирия заржал в преисподней. Чёрт своего коня спрашивает:

«Что ты ржёшь, Кантахирия? Зерна у тебя предостаточно!»

«А золотой девы нет как нет. Ушёл с нею Янко Гондашик!»

Чёрт его спрашивает:

«Если съешь ты десять центнеров мяса и десять бочек вина выпьешь, сможешь ли их догнать?»

«Нет, не смогу, ведь Янко с женой ускакали на жеребце, у которого словно шесть ног!»

Рассердился чёрт, стремглав запрыгнул на Кантахирию, шпорами его пихал, ругал его по всякому. Тут уж конь рассердился на чёрта, сбросил с себя, упал чёрт на землю — только мокрое место осталось.

А Янко с женой вернулись в свой замок. Они и по сей день там живут.


Вот и сказке Янко Гондашик конец, читай снова наш Ларец . Оценка: 0 0

Отзывы

Читать также Суданские сказки: Бесстрашная Нжери
Диматана и еe брат Мфано
Догадливая невеста
Заяц и гиена
История льва, гиены, леопарда и змеи
Читать также Таджикские сказки: А где же кошка?
Аист-табиб
Блошка
Богатырь и птица Симург
Ваш котел умер
понравилась сказка?
0 0 Вверх